Абстрактное мышление и общественное сознание

Другое о психологии » Абстрактное мышление и общественное сознание

Страница 3

Но в то же время Гегель прав, подчеркивая уязвимость абстрактного, формально-логического описания мира с его жестким противопоставлением «истина — ложь»; Функция такого мышления в составе сознания общества ограничивается жестким противопоставлением «порядка» и «хаоса». Но происхождение принятого «порядка», его вариации выходят за пределы формально-логического, рассудочного мышления. Рассудочное мышление способно соотнести «единичное» явление с «общей» нормой, но пропускает промежуточную стадию, которую именуют «особенным». Взаимопереходы «единичного», «особенного» и «всеобщего» рассматриваются диалектическим мышлением. Такое мышление предполагает наличие очень большого опыта рефлексивного мышления у теоретиков и демократического поиска инвариантов в массовом сознании. В моменты же революционных преобразований такое мышление вообще невозможно. Показателен в этом отношении упоминавшийся выше период сталинских репрессий. Марксистский тезис об упразднении (снятии) частной собственности общественной был воспринят миллионами Нагульновых как призыв к социальному чуду, подавив их собственный жизненный опыт. Писатель А. Платонов увидел, что появилось поколение искренне думающих и действующих по схеме «оживленного плаката». Логические и фактические аргументы теряли силу перед желанием получить совершенно новое бытие в кратчайшее время и с минимумом усилий. Лишь с учетом этой атмосферы можно внести ясность в дискуссию о том, был ли Сталин логичен в своих выступлениях и почему нелогичность его рассуждений не смущала слушателей. Если Л. Баткин писал, что «тайна логики Сталина состоит в том, что никакой логики не было», то В. Готт (устное сообщение, март 1990) категорически возражал против такого утверждения и вспоминал, как Сталин сделал ему замечание за уклончивый ответ и ссылался при этом на требования логики, усвоенной им в духовной семинарии.

По-видимому, суть проблемы все же состоит не в сталинских рассуждениях, которые могли быть и нелогичными, тавтологичными, с выводами, которые предшествовали рассуждениям, а в слушателях, которые внимали этим доводам, а затем и рассуждениям. Их ничто не смогло смутить, вплоть до репрессий, жертвами который становились не только другие, но и они сами. Миллионы репрессированных, зная о своей невиновности, считали, тем не менее, саму систему репрессий логичной. Суды нисколько не смущало признание обвиняемых во взрыве несуществующих мостов. Какое-то всеобщее помрачение сознания!? Ни авторы мемуаров, ни современные исследователи не могут дать этому удовлетворительного объяснения. Но все же по крупицам восстанавливается образ мышления того времени.

Так, сын А. Икрамова пишет, что среди тысяч коммунистов, которых он встречал в лагерях, не было врагов народа. Ни одного! Но многие из них говорили, что «лес рубят — щепки летят», видимо подразумевая, что лес — это другие, а они щепки (с подпольным партийным стажем). И почти никогда не говорили о лесорубе, не потому, что боялись высказать свои мысли, а потому, что «они не думали так, как думают теперь все нормальные люди. Абстракции полностью лишали их возможности видеть то, что было перед глазами». Литературный критик А. Василевский, анализируя мемуары репрессированных, приходит к выводу, что всеобщая безропотность объясняется масштабом зла, превосходящим возможности сознания, и его системной иррациональностью, порождающей в порядке бессознательной защиты психики от безумия веру в какую-то высшую целесообразность происходящего. А такая вера вполне совпадала с постоянными утверждениями идеологов о том, что страна вошла в новую эру, осуществляя историческую необходимость. Правда, далее критик с удивлением пишет о дьявольской логике социального «условного рефлекса», с помощью которой палачи призывают «свои жертвы «идейно» отнестись к своим страданиям» и получают соответствующий отклик. Но здесь нет нечего удивительного, как и в ситуации описанной К. Икрамовым. Нет ни нарушения нормального мышления как способности сочетать понятия, ни дьявольской логики как нарушения правил сочетания понятий, в действительно имеет место «социально условий рефлекс», а иначе говоря, мировоззренческие и методологические ориентации определенного типа. Эти ориентации формировались у членов партии целенаправленно и систематически, начиная с июня Ї924 г., когда была создана комиссия ЦК во главе с Л.М. Кагановичем по воспитанию Ленинского призыва. Воспитание состояло в том, чтобы заложить «основы репрессивного мышления — необходимость политического отсечения идейного оппонента и подавление всякого инакомыслия».

Мировоззренческие ориентации и основанное на них мышление репрессивного типа легче всего формировать в силу их соответствия эволюционным механизмам (борьба за существование) и процессам формирования группового самосознания, которые осуществляются по принципу противопоставления «мы» — «они». В логике этот механизм называется «отождествлением по смыслу». Он первичен (присущ животным и маленьким детям) и состоит в отражении действительности лишь в соответствии со своими потребностями (все остальное не замечается). Более высокий уровень называется «отождествлением по значению». На этом уровне объекты воспринимаются как тождественные самим себе, т.е. имеющие собственные качества, независимо от нашего отношения к ним. Этот механизм присущ взрослым людям. Движением от «отождествления по смыслу» к «отождествлению по значению» можно охарактеризовать развитие человечества от функциональной характеристики вещей к сущностной (от мифологического мировоззрения к научному). Разумеется, эта схема упрощает реальный процесс познания и общения. Сущностная характеристика вещи относительна. В новой ситуации познания или общения возникают новые смыслы. И, наоборот, игнорирование обстоятельств реализации сущностных характеристик превращает их в свою противоположность, в произвол. Так, европейская идея коммунизма легко превращается в российский Чевенгур. Логико-методологический механизм этого превращения состоит в попытке непосредственного воплощения всеобщего в единичное, минуя особенное. Особенным в данном случае является уровень культуры населения, набор его интересов. Попытка игнорировать эти интересы порождает неожиданно мощное сопротивление, переворачивающее смыслы.

Страницы: 1 2 3 4 5

Больше по теме:

Джон Уотсон и его работа
Первым учёным, определённо считавшим себя бихевиористом, был Джон Уотсон, который в 1913 г. опубликовал своего рода манифест под названием «Психология глазами бихевиориста» («Psychology as the Behaviorist Views it»). Уже само название пр ...

Личностные качества руководителя
Личность руководителя можно представить в виде групп характеристик, которые составляют: психологические особенности и черты личности, способности (интеллектуальные способности и приобретенные способности к управлению), биографические хара ...

Агрессия затрагивает живые существа
Согласно нашему определению, только те действия, которые причиняют вред или ущерб живым существам [1], могут рассматриваться как агрессивные по своей природе. При всей очевидности того, что люди часто теряют контроль над собой, что-то ра ...